Единственный раз, когда вы вдруг ожили, произошел,когда город был, наконец-то, воссоединен. Тут вы начали заламывать руки и произносить высокие слова о «справедливости» и необходимости нам по-христиански подставить вторую щеку.
По правде — и вы знаете это глубоко внутри — вы бы предпочли, чтобы этот город был разрушен, чем чтобы в нем правили евреи. Как бы дипломатично вы это ни выражали, многовековые предрассудки сочатся из каждого вашего слова.
|