Кроме того, в отличие от ненавидимых евреев, на стойкости веры которых бедность и нищета сказывались скорее даже благотворно, чем пагубно, русский православный люд – и Достоевский не мог не видеть и не понимать этого – от беспросветности нищеты и голода мало помалу терял и веру и образ христианского народа.
|